Сердце ангела

Глава 6. Важнее бессмертия (фрагмент)

— Ника, ты домой вообще собираешься? Уже очень поздно, в здании кроме меня остался только персонал. Даже самые прилежные студенты не сидят так долго в университетской библиотеке.

Молодой человек улыбнулся, когда светловолосая девушка подняла глаза и отрешенно на него посмотрела.

— А, привет. Да я скоро, уже собираюсь. Спасибо, что напомнил мне о времени. Засиделась немного, не смотрела на часы.

— Ты на машине? Подбросить?

Девушка устало потерла глаза, щеки, виски, тряхнула головой и шумно выдохнула:

— Нет, я сегодня хочу пройтись, подышать воздухом по пути домой.

— Уверена? Уже десять, дождь начинается, да и похолодало. Не лучшая затея… — Парень серьезно и грустно смотрел сверху вниз на собеседницу, сидящую среди гор старинных книг.

Она измученно улыбнулась:

— Я в полном порядке. Пришлю тебе сообщение, когда буду дома, ок?

Парень снова грустно вздохнув с выражением полной безнадежности на лице, кивнул. Спорить было бесполезно.

— Если не пришлешь, то я сам тебе позвоню. Будь осторожна и поскорее доходи до дома. Пока.

 

За окном и правда начинал барабанить крупный дождь. Чудеса… день в день, как тогда. К горлу начал привычно подступать комок, но она старалась не поддаваться эмоциям.

Пусть и прошел год, но у нее еще есть немного времени и тонны неизученной литературы, а это значит, что она не сдастся.

Время – самая ценная и невосполнимая вещь, которая есть у каждого из нас. Время уже есть у нас, бесплатно, незримо, иногда ощутимо. Поэтому мы так часто его не ценим. Это страшная, непростительная ошибка, которую мы совершаем каждую впустую потраченную минуту. И Ника допускала ее, как и все люди. Если бы она могла предвидеть, как сильно будет жалеть и страдать от этого…

Вернуться бы в прошлое, взять саму себя за плечи, встряхнуть изо всех сил и накричать: «Будь дома! Каждый день! Не смей отворачиваться, не смей убегать, даже на мгновение не смей воспринимать все происходящее как должное…». Если бы…

Девушка задержала дыхание, пережидая, пока отступит накативший приступ боли.

 

Най сидел на диване рядом с Никой и почти безупречно изображал поедание пирога. В моменты, когда Надин отводила взгляд, Ника почти мгновенно съедала кусочек его порции. Это было очень смешно, но и напряженно.

— Знаешь, нам нужно реже устраивать совместные ужины и чаепития. Я растолстею! – прошептала Ника ему на ухо. Юноша тихо хихикнул, но продолжал сохранять видимую невозмутимость. – Давай лучше научимся делать десерты из овощей.

Надин улыбнулась, поблагодарила Эллис за чай, взглянула на сидящую на диване парочку и вышла, пожелав хорошего дня.

Раздался синхронный шумный выдох.

— Когда она перестанет так параноить? Все эти светские беседы, обедо-ужино-завтраки… Присутствие на сеансах целительства… Я устала! Два месяца! Два месяца жизни, словно за стеклом в муравьиной ферме.

Най откинулся на спинку и поджал ноги под себя.

— Значит, мы просто ужасные актеры.

— Ну еще бы, — устало прикрыла глаза девушка и положила голову рядом.- Ангел и бывшая калека, у которой никогда не было отношений. Придется нам придумать что-то более убедительное, чтобы она поверила. И это что-то должно быть связано с решением твоего «психологического вопроса». Идея, которая пришла мне в голову, тебе явно не понравится… Я очень боюсь, но иначе нам не справиться с задачей.

 

Внизу звучала приятная музыка. Эллис накрывала на стол, горели огни на большой ели до самого потолка.  Во дворе на елях сияли белые и золотые огоньки. Это первый год, когда здесь так нарядно и празднично. Небольшой холод и украшенные по краям тонким слоем снега садовые дорожки создавали волнующе-торжественное настроение.

Двое неспешно шагали среди сада, ожидая, пока в гостиной все подготовят. Подняв голову к звездам на чистом ночном небе, она спросила:

— А ты там был?

— Где «там»?

— Ну, на звездах. Тебе же все было доступно.

— На некоторых был.

— Правда? И как там?

Юноша улыбнулся:

— Ярко. На планетах намного интереснее.

— Но ты, конечно же, не расскажешь мне? – Девушка убрала перчаткой с лица прядь волос и посмотрела на собеседника.

— Нет. Могу лишь сказать, что в этой и других Вселенных все продуманно и совершенно. Каждая форма жизни появляется там, где должна быть и может существовать и развиваться, пройти свой цикл. Но люди не одиноки. И даже все человечество не сможет охватить просторами сознания, насколько не одиноки. Бесконечность в бесконечной степени.

Ника улыбнулась мечтательно, снова глядя на звезды:

— Это хорошо. Чем бы все не закончилось, я очень рада. Сегодня пусть будет просто хороший вечер, и мы с тобой сделаем все, что сможем.

Они направились к входной двери.

 

Ужин закончился, все еще звучала музыка, гостиная освещалась только елочными огнями. Тони Беннет напевал свою прекрасную «The way you look tonight». В блестящих золотистых и серебристых шарах отражались искры лампочек, потрескивал камин. Разве можно было придумать более романтичную обстановку? Казалось, что весь мир сейчас перестал жить в своем безумном ритме и остановился немного отдохнуть и послушать джаз. И если бы все это было на самом деле правдой, то вечер можно было бы назвать самым лучшим …

— И как это было?

— Что именно? Сказать или услышать ответ?

— Все вместе, — улыбнулась девушка. Двигаясь в такт музыке, оба внимательно следили за тем, чтобы не соприкасаться. И почему он до сих пор никогда не замечал и не говорил, что на таком расстоянии чувствует тепло ее тела и от этого его сознание иногда обволакивает странная приятная дымка? Какой ответ на ее вопрос сейчас будет правильным?

— Приятно, наверное. Мне трудно сказать, здесь все осталось, как и было.

— Понятно, — тихо сказала Ника, закусив губу, чтобы слезы перестали подступать к глазам. Как трудно играть роль счастливой невесты, которая только что фиктивно обручилась. Это представление нужно, нужно было доиграть до конца, а потом…

 

Три дня назад.

— Ника, я хочу с тобой серьезно поговорить. Тебе не понравится, но прежде, чем злиться и ненавидеть меня, попытайся посмотреть на ситуацию с моей стороны.

Дрожь во всем теле было почти невозможно скрыть, но она присела в кресло в кабинете мачехи, глядя на женщину немигающим взглядом.

— Твоя доброта, честность и свет настолько велики, что ты стремишься и в других найти то же самое. Но не всегда это возможно. Мистер Джейс – отличный молодой человек, прекрасный врач и мы всегда будем ему обязаны твоим спасением. Но ты зря ждешь от него чего-то. Возможно, я не вижу всей картинный ваших отношений, но я отлично умею видеть людей и их чувства. Между вами двумя я вижу чувства одной стороны и совсем ничего не вижу с другой стороны. Ты просила у меня немного времени. Оно вышло. И не важно, дам ли я его снова, или нет, ничего не изменится. Тебе придется принять решение, которое я УЖЕ приняла. Я не хочу портить первое в нашем доме настоящее Рождество. Через 3 дня будет отличный ужин, мы отпразднуем, но после Джейс должен будет покинуть наш дом, если в этот вечер ничего не сдвинется с прежнего места. Теперь я готова тебя выслушать.

Ника молчала. Вот перед ней два сценария: в первом она влюбленная девушка, счастью которой мешает мачеха и заставляет расстаться с любимым человеком; во втором – это просто она, несущая полную ответственность за того, кому сама обязана жизнью. Очень нужно сейчас выбрать именно первый, да… Но сил уже не осталось ни у нее, ни у него. Может быть, хватит игр? И просто быть самими собой столько, сколько это будет возможно?

— Значит, у меня есть еще 3 дня. Хорошо. Спасибо за то, что организовываешь праздник и ужин. Я не злюсь. Я правда понимаю. Время не стоит на месте, оно меняется, как и мы. Мне не страшно, потому что я полностью уверена в его чувствах. И… я даже благодарна тебе за то, что ты все ускорила.

Женщина замерла от неожиданности, с испуганно-настороженным выражением вглядываясь в лицо девушки, но потом выдохнула:

— Это взвешенное решение.

— Я пойду.

Когда дверь закрылась, Надин нежно улыбнулась, глядя вслед той, что только что отсюда вышла. Девочка… Она и правда совсем не разбирается ни в людях, ни в чувствах. Дело ведь было совершенно не в ней. Хозяйка дома лучше других видела и замечала, как юный доктор ловит каждое движение, каждый взгляд, украдкой все время следит за тем, где и что делает любимая. Он любит ее, больше всего на свете, но не может это показать. Неужели она не видит? Откуда… Она все еще ненавидит отца и не доверяет людям и особенно мужчинам. Но если ее сердце так и не оттает, какой смысл продолжать? Либо мистер Джейс сможет достучаться до нее, либо ему и правда лучше покинуть их дом. 

 

Зазвучала «Isn’t it romantic». Они все еще продолжали танцевать. Когда-то девушка даже не могла вообразить, что нечто подобное произойдет или вообще может произойти. Почти умереть – и стать совершенно здоровой, иметь все – и все потерять, бояться парней и ненавидеть мужчин – и танцевать с тем, кто дороже всего на этом и любом другом свете, почти обнимать ангела во плоти – и чувствовать каждой клеточкой, как бесконечно это расстояние между ними.

Надин даст свой ответ утром. Для того, чтобы повлиять на ее решение, одних слов и наигранных вздохов, конечно, слишком мало. Когда Най встал на одно колено и сделал за столом предложение, все было не так. Не было кольца на ее пальце. Не было поцелуя руки или губ. Даже объятий. Что удивительного в том, что хозяйка дома не обрадовалась этому известию и, довольно резко высказавшись, спешно покинула комнату:

— Может быть ты, моя девочка, и уверена в его чувствах, но я засомневалась в них еще больше. Любовь без поцелуев? Брак без объятий? Вздор! Подумай хорошо. И я подумаю.

 

— Ты уверена, что она придет?

— Да, но нам… нужно будет ее дождаться.

— Ты боишься? Мне как-то не по себе…

— Конечно боюсь… и еще миллион других переживаний, но иначе ее не переубедить.

— Почему ты волнуешься? Это же я.

— Ну, наверное, именно поэтому. Это ты. Ты знаешь обо мне все. Ты был со мной в самые разные периоды моей жизни. Но это – единственное, что мы не переживали вместе.

— И ты дрожишь… — с придыханием прошептал Най. – Я бы так хотел успокоить тебя, но… чем это закончится, я теперь тоже не знаю. Ты сильная и умная, ты честная, добрая… Ты удивительная, Ника.

— Угу… — еще тише сказала девушка, незаметно вытирая ладонью слезы.

— Я вот никогда до этого не танцевал, — улыбнулся Най.

Ника тихо рассмеялась, подняв на него влажные глаза:

— И как?

— Волшебно… — юноша посмотрел на свою ладонь, над которой в паре миллиметров Ника держала кончики пальцев. – Но могло быть еще волшебнее.

 

Девушка взглянула на свою ладонь. В библиотеке действительно уже давно никого не было, кроме нее. Достав из кармана телефон, она отрыла плейлист, и в наушниках снова зазвучал обволакивающий голос Тони Беннета. От этих мелодичных переливов горло сдавила ужасная боль. Ника сжала кулаки и снова заставила себя дышать. Сегодня важно дослушать эту песню до конца…

Поднимаясь по лестнице в комнату, двое старались не смотреть в глаза друг другу. Девушка не отпускала подол платья, хотя он никак не мешал ей идти. Ей вдруг стало ужасно стыдно за эту затею. Но обратного пути не было. «Все нормально» — твердила она себе. Все вполне обычно, если не считать…

Оставив дверь открытой на столько, чтобы это соответствовало задуманному, она тихо сказала:

— Пока я не приду, ты ведь не включишь свет?

— Нет…

— А если в темноте я… промахнусь… — С этими словами она вздрогнула и покраснела.

— Ну… — Най отвел взгляд.

— Тогда не выключай свет. Но это не значит, что тебе можно смотреть!

— Как ты скажешь. Я только не понимаю, почему ты так волнуешься, словно я – человек или могу повести себя как-то недостойно. Возможно, если бы я мог чувствовать, то понял бы тебя лучше, но сейчас твое поведение для меня загадка.

Девушка вспыхнула, но задумалась. И правда, почему. Прикосновения не возможны. Чувства не возможны. На что она надеется? Именно надежда заставляет ее так волноваться… Най превратится в человека и полюбит ее? Глупости. Это только для нее данная ситуация щекотливая. Ему ведь все равно, он – воздух, ничего более. И чувства – это только ее. Всегда были и всегда будут. Тогда…

— Подойди, пожалуйста, мне нужна твоя помощь.

Юноша послушно приблизился, не отрывая взгляда от пола.

— Нет, не нужно. Ты прав. Пока в моей голове будут вертеться всякие глупости, к тому же, совершенно чуждые тебе, я не смогу начать новую жизнь. Расстегни молнию.

— Но я не…

— Просто осторожно потяни вниз за язычок. Знаешь, я всегда боялась быть собой. Чувствовала себя неуклюже в собственном теле… даже когда была здорова. А как иначе быть? Подросток, в котором все меняется, который никому не нравится, никогда не чувствовал себя привлекательным просто не может не обрасти комплексами. А потом авария… Шрамы, коляска. Мне надоело это все! Я делаю этот шаг не потому, что мы решили с тобой для Надин, а потому, что я кое-что решила сейчас для себя.

Най справился с застежкой и сделал несколько шагов назад, непонимающе и настороженно глядя на девушку. Она опустила голову и тихо сказала:

— Так вот, мой дорогой Дух, знай, что женщина, сколько бы лет ей не было, чувствует себя полноценной и счастливой только тогда, когда мужчина смотрит на нее с восхищением и любовью. Всем людям нужно, чтобы рядом был такой человек. И у меня он тоже будет, когда-нибудь…А пока, просто замолчи.

Шелковое платье скользнуло к ногам, а она с грустно-ироничной улыбкой на губах обернулась и замерла от неожиданности. Юноша смотрел неотрывно в ее глаза, и то выражение, которое сейчас там притаилось, заставило ее сердце больно ударить в грудь изнутри и продолжить бешено стучать. Девушка ощущала, как от ее собеседника веет теплом, притяжением, чем-то совершенно незнакомым и даже пугающим… Он стоял всего в нескольких сантиметрах и смотрел сверху вниз, со странным блеском ярко-голубых глаз, а губы были чуть приоткрыты. В тот момент она могла бы поклясться, что видела, как часто он дышит…

— Ты так прекрасна… так прекрасна… — едва слышно повторил он.

— Знаешь, я увидела свет, подумала, что ты не спишь, и решила зайти извиниться, потому что… — Женщина замерла в дверном проеме, глядя на пару в комнате. – Ох… Простите… Боже, как неловко… Простите! Завтра поговорим! Ерунда! Еще раз простите! – Надин быстро отвернулась и спешно спустилась вниз по лестнице.

Оба опомнились. Ника рывком подняла с пола платье, а Най развернулся на пятках в другую сторону, взъерошил волосы на затылке и уставился в пол.

— Думаю, все прошло, как нужно, да?

Девушка прижала одежду к груди:

— Да.

— Думаешь, она поверила?

Ника кивнула, отвернувшись. Заметно дрожащей ладонью она вытерла глаза и продолжила одеваться.

— Значит, мне не нужно оставаться? Ника! Ты меня слушаешь?

— Прости… Да, все прошло отлично. И нет, я не нужно. Нам незачем больше это повторять. Пожалуйста, не приходи ко мне в комнату.

Он вздрогнул, но ничего не ответил. Дверь плавно закрылась, оставив за собой тишину.

 

 

«Этот момент я никогда себе не прощу», — в который раз подумала девушка, закрывая крышку ноутбука и укладывая его в сумку. После этого она взяла огромную стопку старинных книг и отнесла к стойке администратора.

Женщина в возрасте, дремлющая на своем месте, приоткрыла глаза и молча, с плохо скрываемым раздражением, взглянула на стоящую напротив, приподнялась и стала проверять всё по списку.

— Простите, я понимаю, что очень задерживаю, но мне нужно было… Я не буду больше сидеть так долго. Я постараюсь…

— Это моя работа, — еще более раздраженно хмыкнула работница библиотеки и отложила в сторону еще одну проверенную книгу.

— В качестве извинения за беспокойство примите вот это, — Ника протянула маленькую коробочку. – Здесь игрушка для Вашей кошки, я сшила.

Сидящая за столом женщина мгновенно изменилась в лице и изумленно посмотрела на собеседницу:

— Откуда Вы знаете, что у меня есть кошка?

— Но это же правда, — улыбнулась девушка. – Я просто наблюдательна.

— Вы – единственная, кто знает о ней. Я живу одна, а Мико, моя персидская кошка, она… Только она ждет меня домой каждый день. Она очень дорога для меня! Спасибо от нас обеих! Ей обязательно понравится.

Впервые за эти 8 месяцев Ника увидела на лице женщины такую теплую улыбку.

— Я правда очень рада. Еще раз извините.

— Постойте! – работница библиотеки быстро вышла из-за стойки. – Я тоже хочу отблагодарить Вас за проявленное внимание. Как я успела заметить, Вы – очень ответственная, поэтому Вам можно верить. Приходите сюда, когда Вам нужно, в любое время суток. Я предупрежу охрану. А книги, которые нужно вернуть, можете оставлять вот в этом шкафу, а здесь хранится мой запасной ключ. Утром, когда буду приходить на работу, я все разложу по местам. Не стоит беспокоиться. Только никому ни слова, — лукаво подмигнула женщина.

Глаза Ники счастливо заблестели. Она внезапно порывисто обняла собеседницу, взяла ключ и поспешила к выходу.

Когда дверь в зал закрылась, сотрудница улыбнулась, глядя вслед девушке, потом подняла глаза вверх и тихо сказала:

— Время пришло. Думаю, немного помощи ей не помешает, да? Упрямая, как и он. А доброту и надежду не утратила, не очерствела. Не удивительно, что за ее душу отдано было бессмертие.

 

Надин задумчиво кусала губу, в ожидании, когда Ника спустится к завтраку. Послышались шаги.

— Доброе утро.

— Доброе утро, Ника. – Хозяйка дома неловко отводила взгляд, обдумывая начало деликатного разговора.

Когда девушка присела к столу, Надин, закашлявшись, начала:

— Послушай… Я хочу извиниться. Не только за вчерашнюю неловкость, но и за все остальное. Я так сильно хочу защитить тебя, что забываю о том, чего хочешь, собственно, ты сама.

 

Поделитесь тем, что понравилось!
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Previous Next
Close
Test Caption
Test Description goes like this
error: Копирование запрещено автором